Телефон Viber, WhatsApp: +972-54-77-51852 вс-пт, Эл. почта: info@is-med.com
Вы находитесь: Лечение в Израиле. Цены » Новости » Интересные факты » Врачебные истории

Реальный отзыв - история с продолжением. Часть 1.

2203
Реальный отзыв - история с продолжением. Часть 1.

Мои мама и дед умерли от рака. И где-то в глубине души я допускала мысль о том, что онкология может проявиться и у меня. Поэтому к врачам проверяться я ходила регулярно. Мне ставили ФКМ (фиброзно-кистозную мастопатию, если кто не знает), назначали Мастодинон и Аэвит. Один раз даже пунктировали кисту в груди.

И вот на месте этой самой кисты вечером 30 ноября 2011 года я нащупала уплотнение. Оно было странным на ощупь, не похожим на кисту, достаточно твердым и малоподвижным. Десяти минут в интернете мне оказалось достаточно, чтобы перепугаться. «Твердое и несмещаемое образование» - так описывали раковую опухоль на медицинских сайтах.

В районной поликлинике онколога не оказалось в принципе. В районном онкодиспансере можно было записаться на прием только через два месяца.

Иллюзия получить что-то бесплатно и в разумные сроки развеялась быстро.

Но у меня была корпоративная медстраховка в Очень Крутом Государственном Медцентре!

Вот туда я и пошла на прием к онкологу. Приятная женщина-онколог осмотрела меня и бодро кивнула головой: – Ого, здоровая какая шишка! Но это киста, не страшно! Давайте сделаем УЗИ с эластографией. Если засветитесь красным или зеленым цветом, то точно киста. Ну если синим засветитесь… там будем уже на месте смотреть. И надо еще сделать биопсию.

Врач УЗИ была менее оптимистична: – Образование окрашивается синим. Вообще похоже на «плохое». Надо делать биопсию. Через неделю мне делали тонкоигольную биопсию. А еще через неделю я получила результат: «В препарате пунктата – цитограмма фиброаденомы с атипичными клетками».

Куда бежать в Москве женщине с подозрением на рак молочной железы?

Интернет направлял на Каширку, в институт Герцена, 62-ю больницу в Красногорске, Центр радиологии на Профсоюзной… Но – внимание! До Нового года оставалось 10 дней. Я прозвонила все вышеперечисленные места. И везде мне предложили прийти в середине января, завести карточку, переделать все анализы, попасть на прием к врачу, «а потом мы уже будем смотреть, что там у вас!

Сейчас некому смотреть, а профессура уже вся на каникулах». В полном отчаянии я позвонила педиатру своего ребенка – врачу, которому я бесконечно доверяла. Она выслушала меня и сказала: – У Вас есть возможность уехать? - Куда уехать?! – Куда можете. По раку лучшие места – это Германия и Израиль. Здесь Вас не будут лечить. Здесь онкология вся на соплях. Уезжайте. –

Я не могу уехать.

Я не могу оставить ребенка. Кто будет его возить на занятия? Муж работает целыми днями, он не сможет со мной поехать. А как я буду там одна? А как они тут будут одни? А деньги где брать?! – Вы звоните мне за советом? Я советую: займите деньги. Вы молодая, заработаете и отдадите. Уезжайте. В тот момент для меня такой совет был равен совету слетать на Марс. Я не могла себе представить лечение в чужой стране.

Я не знала, сколько это стоит, но предполагала что очень дорого. – Нет, я не поеду, что Вы, это совершенно не реально, это дорого, и я ведь читала что у нас в Москве – те же самые технологии и лекарства, и схемы одни и те же! Педиатр вздохнула: – У меня есть вход в РНЦРР на Профсоюзной и в Герцена. Вот телефоны, попробуйте позвонить. По рекомендации разговаривать оказалось проще. Но в любом случае меня ждали только после новогодних праздников.
И тут знакомые рассказали мне об

Очень Крутой Компании.

Эта посредническая фирма оказывала (и оказывает сейчас) услуги по пристраиванию пациентов в разные приличные медучреждения Москвы. В полной панике я кинулась туда. Озвученные финансовые условия были далекими от прозрачности: «Кладите деньги на депозит, а мы будем списывать по мере оказания услуг! Отчетность? Через месяц пришлем вам акт. Заранее ничего оценить не можем. Но через нас лечатся только ВИП-клиенты, они не обращают внимания на такие мелочи, им важнее качество услуг. Главное ведь выздороветь, Вы не волнуйтесь, все будет хорошо!».

С этими словами было трудно поспорить. Действительно, ведь главное – это качество и здоровье, ведь так? Бесплатно через всю нашу уродливую систему медпомощи меня приняли бы через два месяца. А тут за неделю до Нового года я на подгибающихся ногах пришла на прием к одному из ведущих специалистов по онкологии молочной железы (как мне было озвучено) и обладателю всех возможных научных регалий, лучшему доктору-онкологу Ужасно Пафосной Ведомственной Больницы.

Мне снова сделали УЗИ. Врач написала в заключении: «Образование крайне подозрительно на рак молочной железы». И вот я стою перед Звездным Доктором (назовем его так). Он был немногословен, важен и деловит. Молча осмотрел, бросил взгляд на УЗИ и промолвил: – Где будете лечиться? Каширка, Герцена? – Доктор, откуда же я знаю… может быть, у Вас, в вашей больнице? – У нас ведомственная больница, а вы не контингент.

Кто будет платить?

– А это важно, кто именно будет платить?! Ну я буду платить. Или мое предприятие… Мы заплатим, доктор, только скажите – что это такое и что мне делать? – Приходите на операцию. Могу записать Вас сразу на после праздников. В середине января. Запишите, какие анализы надо сдать: общий анализ крови, моча, сифилис, гепатит… – Доктор, как – прямо сразу на операцию? А дополнительно ничего не надо делать?

А что за операция?!

Звездный Доктор снисходительно посмотрел на меня. – Мы Вам дадим наркоз, достанем образование и тут же передадим на срочную гистологию. Если подтвердится, что это рак – то объем операции расширится вплоть до полного удаления груди. Дальше будем решать, как лечить. – Доктор, то есть разрежем – а там посмотрим?! – Да, именно так. Подход «Разрежем, а там посмотрим» мне не понравился. Но откуда мне было знать, какие вообще бывают подходы?!

Я рыдала целыми днями. Со всех сторон наседали друзья и как-то единодушно советовали срочно ехать в Израиль или Германию. Самая близкая подруга привела железобетонный аргумент: – Здесь тебе уже все сказали и на операцию записали. Впереди – полмесяца нервов и переживаний. Поезжай. Пусть тамошние врачи что-то скажут. Возьми у меня денег взаймы и поезжай. В Германию у меня не было визы.

Оставался Израиль, куда визы не нужны.

Интернет пестрел объявлениями фирм об организации лечения. Времени особо разбираться у меня не было, и я снова позвонила в Очень Крутую Компанию. – Вы хотите проконсультироваться в Израиле? Конечно, мы вам все организуем! Платить надо нам, в московский офис. Вы положите на депозит небольшую сумму, тысяч 200 – 250 рублей. Этого должно хватить на диагностику, не волнуйтесь! Вот операции там дорогие, от 30 тысяч евро… А я не волновалась. Я просто потеряла все ориентиры и разум на тот момент. Это сейчас я опытная пациентка и знаю, сколько реально стоит диагностика, операция и лечение. И что в Израиле вообще-то предпочитают доллары, а не евро. Но тогда, в полном расстройстве, в панике, мне было очень трудно сориентироваться. Мы с мужем выгребли всё, что было в доме.

Мы заняли дополнительно денег. Я купила билет и полетела в Тель- Авив. До Нового года было 4 дня. В конце декабря прошлого года в Москве было грязно, холодно и всё время темно. По улицам ходили митингующие «за» и «против» честных выборов. А в Тель-Авиве было +18 и прекрасная солнечная погода! Меня встретили, заселили в отель – и повезли в клинику на прием к онкологу и анализы сдавать.

Конечно, клиника разительно отличалась от московских заведений. Современное здание, чистота, приветливый персонал, и что особо удивляло – улыбающиеся пациенты в отделении онкологии. Но мне особо некогда было глядеть по сторонам, так как за 3 дня мне надо было пройти все исследования, получить диагноз и улететь домой праздновать самый ужасный Новый год в моей жизни. Когда меня привели на МРТ, женщина-медтехник подняла брови: – Вы приехали не по циклу. МРТ надо делать максимум на 10-12 день цикла. А у вас уже вторая фаза пошла, все отекло, исследование будет неинформативным. Вам разве этого не сказали в Москве?

Посредник занервничал: – Вы делайте, пожалуйста, все что назначено, пациентке надо срочно ставить диагноз. Техник пожала плечами и начала закладывать меня на стол МРТ…

После МРТ меня повели на маммографию, УЗИ и Trucut биопсию.

Это была не такая биопсия, как в Москве, которую делали обычным шприцом. На этот раз мне сделали обезболивание, затем – небольшой надрез и ввели в него специальный инструмент, похожий на шприц, но с большой толстой иглой. Этот инструмент еще издавал звуки как при пистолетном выстреле! Врач начала извлекать из меня небольшие кусочки опухоли. Было небольно, но страшно. Я все еще надеялась, что это – фиброаденома.

Но врач после окончания биопсии сказала мне: - Это не фиброаденома. Это карцинома. Лимфоузлы пока не затронуты, судя по УЗИ. Иначе я бы и оттуда взяла биопсию. Это неприятно, но вам не надо сильно переживать. Мы вас прооперируем, грудь сохраним, опухоль лежит в удачном для этого месте, ну а потом пролечим. Надо только дождаться результатов всех исследований.

Задержитесь в Тель-Авиве еще на несколько дней, и мы вам полностью расскажем весь план лечения. Но при одной мысли, что я останусь на Новый год одна в чужой стране, в состоянии полной неопределенности, - отравляла мне всю душу. О том, чтобы вызвать в Тель-Авив семью на новый год, не могло быть и речи. Это была недопустимая роскошь в нашем отчаянном положении и с нашими долгами. Сдав все анализы и пройдя все исследования, 30 декабря я села в самолет и улетела в Москву. Результаты и заключение мне обещали прислать по почте.

Лирическое отступление. О том, о чем я не буду больше вспоминать Я очень не хочу сейчас вспоминать новогоднюю ночь и первые дни нового 2012 года. Ужаснее всего было просыпаться утром. Вроде лежишь в теплой постели, за окном темно, еще хочется понежиться, потянуться – и вдруг ты вспоминаешь, на тебя накатывает: у тебя рак, и ты скоро умрешь. Прежней жизни с ее простыми бытовыми радостями, обсуждением как проводить лето, когда сходить в кино, и переживаниями, что новые ботинки оказались сыну малы, и вот надо идти в магазин и менять их, ах как это неудобно – этой жизни больше не было. Сейчас, когда я пишу эти строчки, я говорю себе: я не буду больше это вспоминать. Не буду вспоминать. Этот ледяной ужас останется со мной, но я не буду это вспоминать.

3 января по e-mail пришли результаты биопсии, и я кинулась с ними к интернету. К тому моменту я уже излазила его вдоль и поперек в поисках информации о раке молочной железы. Через пару часов сидения в сети я уже могла сделать предварительные выводы. Да, у меня действительно рак молочной железы. High grade infiltrating carcinoma with lobular like pattern. «То бишь дольковый рак высокой степени злокачественности», - переводила я новые для меня слова.

Опухоль ER-PR high positive.

Везде писали, что гормонозависимый рак мягче и «добрее». HER 2 neu – negative. Ага, значит этого самого хера, о котором писали многие женщины в блогах и врачи на специализированных сайтах, у меня нет (к 3 января я уже знала про лекарство Герцептин, про его стоимость и что его очень сложно получить бесплатно). Знала я уже и о том, что бывает триждынегативный рак, который считается очень злым. Но судя по биопсии, у меня был другой вариант. Ki67 определили в 8%. Это тоже было неплохо, по крайней мере так было написано в интернете!

Я вспомнила тогда одну из своих самых любимых детских книг – «Приключения Робинзона Крузо». Вот и сейчас я держу ее перед собой: «Порою на меня нападало отчаяние, я испытывал смертельную тоску. Чтобы побороть эти горькие чувства, я взял перо и попытался доказать себе самому, что в моем бедственном положении есть все же немало хорошего. Я разделил страницу пополам и написал слева «худо», а справа «хорошо», и вот что у меня получилось…». Практически то же самое сделала и я. Да, у меня рак, и с этим фактом надо смириться. Но мне удалось за месяц пробиться к врачам.

Найти деньги, хоть бы и взаймы. Сделать диагностику.

У меня, похоже, не самая агрессивная форма рака. «Эти размышления оказали мне большую поддержку. Я увидел, что мне не следует унывать и отчаиваться, так как в самых тяжелых горестях можно и должно найти утешение». Спасибо тебе, Робинзон! Но следующий день напрочь сбил меня с хорошего настроя. Я получила заключение и рекомендации врачей из Израиля. Заключение состояло в том, что МРТ оказалось неинформативным. А рекомендация была такой: «В свете этого неоднозначного заключения и для уточнения оперативного подхода к лечению, если есть желание сохранить грудь, следует провести повторное обследование через 10 дней после менструации для того чтобы снизить влияние осложняющих факторов и определить размеры опухоли».

Не могу вспомнить, когда я была в большей ярости, чем после этого письма. Я написала очень резкий ответ кураторам в Израиль. Я негодовала, почему вместо рекомендации по лечению я получаю предложение пройти еще одно обследование, которое я уже проходила. Я прямо сказала, что из меня вытягивают деньги. Что есть вопросы к медицинской этике. Что российский профессор смог определиться с лечением и назначить мне операцию только по результатам УЗИ, а хваленые израильские врачи не могут определить тактику лечения после кучи обследований! Посовещавшись с мужем, мы решили не менять наших планов и идти на назначенную операцию здесь, в Москве. К Звездному Доктору. Дома ведь и стены помогают!

Огромная благодарность сайту http://soldat-jane.livejournal.com/. Ваши записки поразительны своей душевностью и полным, непредвзятым, освещением реального положения дел Там и Тут, в Израиле.


Позвоните нам бесплатно
через Viber или WhatsApp!

Прайс на лечение в Израиле

Отправьте ваши выписки на имейл info@is-med.com и получите персональную программу лечения в Израиле с расценками частной и государственной клиники, либо оставьте ваши контактные данные и мы перезвоним вам.

Выбор клиники и врача - за вами!

Заказ обратного звонка

Ваш имейл

Ваши телефоны

Ваше имя





рейтинг статьи: 0 0.0 0

Дополнительная информация:

Автор:
Вы находитесь: Лечение в Израиле. Цены » Новости » Интересные факты » Врачебные истории » Реальный отзыв - история с продолжением. Часть 1.
Задайте ваш вопрос!
Всего комментариев: 0
avatar